Мученичество ХХ века
  •  

Канонизация монахини Марии

Статья Ксении Кривошеиной «Святые эмигранты» («Независимая газета», 7 апреля 2004 г.)

16 января 2004 г. Священный Синод Вселенского Патриархата в Константинополе принял решение о канонизации монахини Марии (Скобцовой), протоиерея Алексея Медведкова, священника Димитрия Клепинина, Юрия Скобцова и Ильи Фондаминского. Основанием для канонизации стало прошение, направленное из Парижа Экзархом Вселенского Патриарха архиепископом Гавриилом, управляющим Архиепископией православных русских церквей в Западной Европе.

Таким образом, Вселенская Патриархия впервые причисляет к лику святых русских эмигрантов, оставивших яркий след в духовной жизни Западной Европы 20-30-х гг. XX века.

Видимо, понадобятся десятилетия, чтобы по-настоящему оценить и понять, кем для России была монахиня Мария и каким источником радости, надежд и боли была Россия для нее.

Она родилась в Риге 8 декабря 1891 г. и была человеком своего времени, наследницей европейской культуры, идеалисткой с романтическими представлениями о «равенстве и братстве на земле». Мать Мария много писала о предназначении России, о ее будущем. Ее работы и сегодня звучат актуально.

Сейчас в России выходят книги с ее богословскими эссе, стихами, репродукциями вышивок и икон. За последние годы состоялось несколько конференций, посвященных ей, прошла выставка работ монахини Марии в Пушкинском доме, создан сайт в интернете. Совсем недавно вышли из печати книги «Равнина русская», «Красота спасающая» и «Жатва духа». В них читатель найдет много интересного о жизни монахини Марии как до эмиграции во Францию, так и о ее деятельном монашестве и участии в движении «Православное дело».

Она открывала бесплатные столовые, дома для престарелых и бездомных. Во время войны и оккупации Франции мать Мария спасает и укрывает советских военнопленных. Эта опасная деятельность связала ее с французским Сопротивлением.

Имя матери Марии использовали как знамя своих идей представители разных идеологических станов. Например, в СССР ее представляли как партизанку и большевичку, а на Западе — борцом с ортодоксальным костным православием и заступницей исключительно евреев. Это противостояние продолжается до сих пор.

Не дожив до победы двух месяцев, она погибла в печах концлагеря Равенсбрюк. Существует несколько версий ее гибели. По одной из них, накануне Пасхи 31 марта 1945 г. монахиня Мария вошла в газовую камеру вместо другой женщины.

Но, может быть, ее мечта, о которой она рассказывала своим солагерницам, наконец сбывается: «Вот, если выживу, то вернусь в Россию и буду бродить по дорогам», — часто повторяла она. Похоже, именно сейчас мать Мария по-настоящему возвращается в Россию.


Не секрет, что личность матери Марии (Скобцовой) вызывает серьезные дискуссии в России. За комментарием мы обратились к ректору ПСТГУ члену Синодальной комиссии по канонизации святых протоиерею Владимиру ВОРОБЬЕВУ.(Московский Патриархат РПЦ))

— Святые, канонизированные в одной Поместной Православной Церкви, являются святыми всей Церкви. Поэтому пока у нас есть единство с Вселенским Патриархатом, пока между нашими Церквами есть евхаристическое общение, святые, канонизированные Вселенским Патриархатом, являются и нашими святыми. Пока святой не канонизирован, могли быть сомнения, но после канонизации сомнения должны быть отложены в сторону. Когда какого-то человека хотят рукоположить во священника или в епископа, мы тоже можем выражать свои сомнения — хорошим ли он будет епископом или священником, сможет ли он исполнять свое служение. Но если он рукоположен, то мы должны подойти под благословение, потому что Церковь его рукоположила. Канонизация святого — это деяние церковного соборного разума, и мы не можем ставить под сомнение благодатную силу этого деяния. Это принцип нашего церковного единства. Так что не следует говорить: мать Мария там канонизирована, а у нас не канонизирована. Если были сомнения, можно сказать по-другому: мы сомневались в возможности канонизации, но теперь мы должны ее признать.

По поводу же сомнений, связанных с публицистическими высказываниями матери Марии, или с ее биографией (участие в партии эсеров, второе замужество), или с образом жизни, не вполне похожим на традиционный монашеский, с ее свободой в отношении священноначалия, с тем, что она не очень связывала себя послушанием, то я хочу напомнить, что эти сомнения относятся не к той стороне ее жизни, за которую она канонизирована. Она канонизирована не за эту свою жизнь, а за мученический подвиг. Она отдала свою жизнь за други своя именно как монахиня, как христианка. Она прекрасно понимала, что ее деятельность по спасению ближних в очень страшный момент оккупации смертельно опасна.

И она тем не менее на это шла. Ее арестовали как участницу Сопротивления, но она ведь занималась не какой-то партизанской диверсионной деятельностью, а, будучи монахиней, просто всячески помогала людям, спасала людей и этим исполняла свой христианский долг. Именно поэтому ее страдания и ее мученическая смерть стали основанием для канонизации. Точно так же мы канонизируем очень многих новых мучеников и исповедников российских, не вникая особенно в обстоятельства их жизни. Потому что, по древнему учению Церкви, мученическая кровь смывает все грехи, и в истории Церкви известны случаи, когда некрещеные люди, исповедавшие веру во Христа и после этого претерпевшие мучения, почитались в Церкви как святые мученики. Про них говорилось, что они крещены своей кровью. Поэтому мы и сейчас принимаем мученический подвиг независимо от жизни человека как основание для канонизации. А в мученической кончине матери Марии нет никаких сомнений.
Что же касается сомнительных с богословской точки зрения высказываний матери Марии, то в документах нашей Комиссии по канонизации существует текст, который говорит, что причисление к лику новомучеников не означает канонизации литературного, эпистолярного или другого их наследия. Канонизация новомученика не значит, что все, что человек написал в своей жизни, — это творение святого отца. Это канонизация не за жизненный подвиг, а за подвиг в смерти, подвиг, который венчал жизнь человека. Мать Мария исполнила заповедь Христову: «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15, 13). Именно это мы считаем основанием для ее канонизации, а не ее богословие.

Вообще, мне кажется, неправильно воспринимать канонизацию как какой-то окончательный суд о человеке, такой «билет в Царство Небесное». Кто мы такие, чтобы судить? Наша задача значительно проще. Мы хотим послужить Церкви, прославляя новых святых. Есть огромное множество людей, которые совершили подвиги исповедания веры, подвиги любви к Богу и ближним. Из них мы выбираем наиболее яркие примеры, чтобы Церковь смотрела на них и видела в них некий образ подвига и веры. Вот что такое канонизация. Это свидетельство наше здесь на земле о тех подвигах, которые совершили люди, или о тех чудесах, которыми Господь их прославляет, или о том учении, которое Церковью было принято, которое утвердило веру в народе Божием, и так далее. Именно в этом смысле мы причисляем тех или иных людей к лику святых и именуем их учителями, строителями Церкви, святителями, мучениками, исповедниками, преподобными. При этом, конечно, очень много святых остается не канонизированными, неизвестными миру, но Богу они ведомы и в Царстве Божием они будут там, где Господь им судил быть.

Мы, конечно, как люди грешные, можем ошибаться. Ошибки возможны и в канонизации, и тогда они исправляются временем. Бывает, что какое-то решение принимается, а потом оказывается, что Церковью это решение не воспринято, рецепции церковной не происходит. Например, канонизировали святого, а Церковь не стала его особенно-то почитать. Признали канонизацию важной, занесли имя святого в святцы, составили службу, а никто ее не служит. А бывает наоборот — какого-то святого мимоходом в числе прочих канонизировали, не составили службы и мощи не открыли, а едут толпы народа на его могилку и молятся, и почитание растет, и удивительные чудеса происходят. И тогда Церковь исправляет свои ошибки: оказывается, этого святого из числа местночтимых надо прославить всецерковно. Так что народ участвует в этом процессе. Это происходит не так четко и ясно, как в бухгалтерии и не так юридически оформлено, как у католиков, но в этом-то и сила Православия: мы не убираем из канонизации тайну. Мы делаем по-человечески то, что мы можем, но мы всегда помним, что окончательное решение принадлежит Богу.

Думаю, что со временем встанет вопрос, что подвиг матери Марии начался в ее сострадательном служении нищим и убогим еще до войны. Уже тогда она по существу отказалась от какой-либо «жизни для себя», начала «отвергаться себя» по Евангелию. Отвергнуться себя, взять крест свой и пойти за Христом на страдания и смерть — это ее сознательный выбор, это осуществления заповеди Христовой, веление ее глубоко уверовавшего и полюбившего Христа сердца. Не на словах, не по видимости, а по сердцу своему она стала христианской, и Господь прославил ее мученической кончиной.


В 2012 исполнился 121 год со дня рождения Святой матери Марии (Елизаветы Пиленко). В этот день в Риге по адресу Элизабетес, 21, где родилась эта замечательная женщина, была установлена памятная табличка, а также прошел вечер, посвященный ее памяти.

16 января 2004 г. Священный Синод Константинопольского Патриархата принял решение о канонизации монахини Марии (Скобцовой), протоиерея Алексея Медведкова, священника Димитрия Клепинина, Юрия Скобцова и Ильи Фондаминского. Основанием для канонизации стало прошение, направленное из Парижа экзархом Вселенского Патриарха архиепископом Гавриилом, управляющим архиепископией православных русских церквей в Западной Европе. Вселенский Патриархат впервые причислил к лику святых русских эмигрантов, оставивших яркий след в духовной жизни Западной Европы 20-40-х гг. XX века.

…У матери Марии нет могилы. Но точно известно место ее рождения — дом на Элизабетес, 21 в Риге. В Риге Мария прожила только три года, позже она уехала в Анапу. В 1923 и 1935 годах Святая Мария посещала Ригу, а потом уехала во Францию. То, что Святая Мария проживала и родилась в Риге, удалось узнать благодаря метрической книге, так как к сожалению домовая книга не сохранилась. Мария была крещена в Христорождественском соборе.

Над мемориальной доской трудилось несколько скульпторов — Гунтис Гаилис, Янис Струпулис, Генадий Степанов и другие. Работа была по-настоящему трудная и в очень короткие сроки — изначально планировалось установить табличку в 2011 году к юбилею, но не удалось собрать необходимое количество денег. Вообще это был интернациональный труд — деньги собирали почти пять лет, в сборе средств участвовали и спонсоры и простые жители Риги а так жр и журналисты, участники пресс конференции особо отметили Елену Слюсареву журналистку из газеты «Вести Сегодня» которой удалось все же растормошить общество и благодаря ее статье процесс сбора средств был ускорен.

Детство и отрочество будущей матери Марии прошло около Анапы. Там у ее отца, талантливого любителя-агронома, позднее директора Никитского ботанического сада в Крыму, было небольшое имение с виноградником. После смерти отца в 1906 г. семья переселяется окончательно в Петербург, где Лиза поступает в гимназию. В 15 лет она стала интересоваться литературой и искусством, бывать на литературных вечерах, на одном из которых выступал Блок. Так завязалась их дружба. Ей было 15 лет, а знаменитому поэту — 25.

В 18 лет Лиза выходит замуж за Д. В. Кузьмина-Караваева — юриста, близкого друга многих литераторов. В период их недолгого брака Елизавета Юрьевна углубляется в религиозные поиски, в ней всё больше утверждается дух христианства. Скоро выходят из печати ее первые книги: «Скифские черепки», «Юрали», «Руфь».

Через несколько лет она расходится с мужем и уезжает с дочерью Гаяной в родную Анапу. Тут она переживает начало революции и встречается со своим вторым мужем — Даниилом Скобцовым. С ним и уже с двумя детьми она эмигрирует сначала в Стамбул, потом в Югославию, а затем в Париж. В Стамбуле у нее рождается еще одна дочь — Настя.
Чужбина встретила их тяжелейшей нуждой и первой смертью. Умерла двухлетняя Настя. Жизнь в эмиграции и выброшенность в нищету, смерть любимой дочери дали огромный толчок будущей матери Марии для духовного расцвета.

Она тогда говорила: «Любите друг друга, только до конца и без исключения, как бы ни тяжела была пытка…» От своего несчастья она обратилась к горю других, близких и далеких ей людей. С конца 20-х годов в Париже она стала помогать всем, кто нуждался в поддержке и помощи. Елизавета Юрьевна стала стремиться к монашеству как самоотверженному служению Господу и людям.

Митрополит Евлогий (Георгиевский) поддерживал в ней это стремление, с согласия ее супруга дал ей церковный развод и в 1932 г. сам постриг ее в церкви парижского Свято-Сергиевского богословского института с именем Мария — в честь преподобной Марии Египетской. Теперь мать Мария поставила перед собой цель — создать настоящий «приют» — дом, где люди могли бы не только поесть, но и получить гражданские права и потом найти работу. Ещё до начала войны м. Мария основывает движение «Православное дело». Её ближайшими помощниками стали о. Димитрий Клепинин, молодой Юрий Скобцов, Ф. Т. Пьянов, Ю. П. Казачкин.

С началом оккупации Парижа во время Второй мировой войны дом, который она основала на ул. Лурмель, 77, становится одним из штабов Сопротивления, центром антифашистской деятельности в Париже. В нем жили бежавшие из плена советские солдаты, посылались посылки, деньги, устраивались побеги. Душой лурмельского комитета была мать Мария.

В феврале 1943 года её восемнадцатилетний сын Юра и о. Димитрий Клепинин были арестованы гестапо и помещены в Бухенвальд. Мать Мария была тоже арестована и отправлена в лагерь Равенсбрюк.

Существует несколько версий ее гибели. По одной из версий, накануне Пасхи, 31 марта 1945 года, мать Мария пошла в газовую камеру вместо одной из отобранных фашистами женщин.

По другой, она болела дизентерией, ее долгое время прятали, но в конце марта все-таки обнаружили. Она не могла стоять на ногах, так очень ослабла. На следующий день ее отправили в газовую камеру.

Она была поэтом, художником, философом, прекрасно вышивала. Но, приняв монашеский постриг, весь талант своей души, все свои силы и любовь посвятила помощи ближним и обездоленным. «В личности м. Марии были черты, которые так пленяют в русских святых женщинах — обращённость к миру, жажда облегчать страдания, жертвенность, бесстрашие», — говорил о ней Николай Бердяев.

На пресс конференции особо было отмечено, что памятная табличка была открыта в преддверии 16 марта неспроста. Сам Бог дал этот светлый образ для Латвии, образ, который затмевает любой легион…

Фото автора

Дизайн и разработка сайта — Studio Shweb
© Ксения Кривошеина, 2000–2017
Contact : delaroulede-marie@yahoo.com

Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов сети
интернет Мать Мария